Donna Alienor
Написать отчет с этой игры - лучшей из всех, на которых мне доводилось бывать, меня не могли замотивировать два года. Писались только песни. Но, видимо, что-то в этом мире происходит. В общем, меня накрыло.. История будет длинная, в нескольких частях...


Как небо не обрушилось на землю, если здесь творится такое?

Не обрушилось. Пока что. И солнце днем светит по-прежнему, и ночью в небесах одна за другой загораются звезды... Только над замком графа де Ланта теперь чужой флаг. И синеву небес застилает горький дым – горят сады, горят виноградники… Цветам на щедро политых кровью гарях уже не цвести… Темные времена настали для Благословенного Юга…



Впереди стены Каркассона. Нет, эта крепость не падет… Скорее река Од повернет вспять… Эта цитадель будто в родстве с горами, синеющими рядом на краю гаснущего неба. Она сама величественной горной грядой возвышается в летних сумерках.. И ни одному врагу еще не открыла свои ворота…

Часовой окликает меня со стены. Точнее, незнакомого юношу с гербом де Ланта на котте... Я наверное, сама себя бы не узнала – с обрезанными до плеч волосами и в мужском наряде…

- Графиня де Ланта с вестями к виконту Каркассонскому

Такого ответа честный страж точно не ждал. Но сразу понял – с добрыми вестями такие вестники не являются. Тяжелые створки медленно распахиваются. Только силы вдруг оставляют меня совсем неожиданно … И несколько шагов по мосту кажутся мне длиннее дня пути. Как сквозь туман вижу белое и золотое, герб на котте рыцаря выбежавшего мне навстречу … Эн Раймон! Виконт Каркассона и Безье…

- Сеньор, наш замок взят, мой муж убит, войско крестоносцев будет здесь через несколько дней.

Краски вдруг меркнут. Я падаю… на руки своего сеньора. Потом туман рассеивается. В бликах огня вижу склоненные надо мной лица. Кто-то подносит к моим губам кубок с вином. - Нет, я не ранена, просто очень устала…. Ибо по пути в Каркассон не позволяла себе тратить время на отдых. А вестей, которые я принесла, здесь похоже уже ждали...

Только вот тех, кто способен держать оружие, в крепости слишком мало. Больше поспешивших укрыться за слывущими неприступными стенами. Старики, женщины, дети... О, знакомое лицо... Один из тех, кого называют Добрыми людьми. Он несколько раз бывал в нашем замке, беседовал с Аймериком… Жеан, кажется, зовут его..

.. Что же, некоторое время на отдых у меня, у нас всех есть.…Но спокойствие будет очень недолгим…



Точнее, никакое это не спокойствие, а его видимость. Кажется, что сам воздух здесь напряжен, как тетива натянутого лука. И вот уже кто-то громко заводит речь о том, что не стоит из-за нескольких заблудших гибнуть всем… И находятся те, кто его слушает…

А виконт почти не показывается на людях.. Молится в соборе или о чем-то советуется с Добрыми Людьми....

Потом вернулся трубадур Раймон де Мираваль. Голос Каркассона... Он как-то пел на весеннем пиру в замке, где гостили мы с эн Аймериком. . Как давно это было…Ах нет, всего лишь год прошел…

Мираваль, понятное дело, ездил в Тулузу вовсе не радовать своим искусством ее достойных жителей. Он ездил просить помощи. Ибо в одиночку Каркассон не выстоит.

Но Тулуза по воле своего властителя осталась в стороне. На призыв о помощи откликнулся только по счастью бывший в городе граф де Фуа. Он сам приехал в крепость, замершую в ожидании грозы. От этого немолодого уже рыцаря веет странным спокойствием – как от заснеженных горных вершин. И кричащих на площади «Лучше выдадим еретиков!» сразу становится гораздо меньше. Граф не привел большого войска, но как будто сама надежда вошла с ним в распахнутые ворота Каркассона...

Остальных не столь желанных гостей ждать пришлось совсем не долго. Не прошло и нескольких дней - те же, знакомые мне уже флаги появились под стенами. И снова колышется на ветру алый вздыбленный лев. Как в дурном сне, когда понимаешь что нужно проснуться и не можешь... Только все это совсем не сон. И проснуться нам не получится. Скорее, заснуть навеки…

Невеселое занятие – смотреть, как незваные гости располагаются в зеленой долине, которую уже похоже считают своей - .ставят шатры, обустраивают лагерь… Потому я чаще смотрю на облака в небе...

И вот перед воротами появился папский легат. Арно-Амори, аббат Сито. Говорят, именно он в Безье, когда кто-то спросил его, как отличить честных католиков от еретиков ответил: «Убивайте всех, Господь своих узнает».

- Виконт Тренкавель, выдай еретиков, которые скрываются здесь, раскрой ворота Каркассона перед воинством Христовым и кровь не прольется!

-Я не торгую жизнями людей, которых поклялся защищать!.

Все сказано. Слова исчерпаны, скоро придет черед стали...